Скрытый город

Не все тайное становится явным

Барто стихи рыцари

Был удалец и отважный наездник Роллон;
С шайкой своей по дорогам разбойничал он.
Раз, запоздав, он в лесу на усталом коне
Ехал, и видит, часовня стоит в стороне.

Лес был дремучий, и был уж полуночный час;
Было темно, так темно, что хоть выколи глаз;
Только в часовне лампада горела одна,
Бледно сквозь узкие окна светила она.

«Рано еще на добычу,- подумал Роллон,-
Здесь отдохну»,- и в часовню пустынную он
Входит; в часовне, он видит, гробница стоит;
Трепетно, тускло над нею лампада горит.

Сел он на камень, вздремнул с полчаса и потом
Снова поехал лесным одиноким путем.
Вдруг своему щитоносцу сказал он: «Скорей
Съезди в часовню; перчатку оставил я в ней».

Посланный, бледен как мертвый, назад прискакал.
«Этой перчаткой другой завладел,- он сказал.-
Кто-то нездешний в часовне на камне сидит;
Руку он всунул в перчатку и страшно глядит;

Треплет и гладит перчатку другой он рукой;
Чуть я со страха не умер от встречи такой».
«Трус!»- на него запальчиво Роллон закричал,
Шпорами стиснул коня и назад поскакал.

Смело на страшного гостя ударил Роллон:
Отнял перчатку свою у нечистого он.
«Если не хочешь одной мне совсем уступить,
Обе ссуди мне перчатки хоть год поносить»,-

Молвил нечистый; а рыцарь сказал ему: «На!
Рад испытать я, заплатит ли долг сатана;
Вот тебе обе перчатки; отдай через год».
«Слышу; прости, до свиданья»,- ответствовал тот.

Выехал в поле Роллон; вдруг далекий петух
Крикнул, и топот коней поражает им слух.
Робость Роллона взяла; он глядит в темноту:
Что-то ночную наполнило вдруг пустоту;

Что-то в ней движется; ближе и ближе; и вот
Черные рыцари едут попарно; ведет
Сзади слуга в поводах вороного коня;
Черной попоной покрыт он; глаза из огня.

С дрожью невольной спросил у слуги паладин:
«Кто вороного коня твоего господин?»
«Верный слуга моего господина, Роллон.
Ныне лишь парой перчаток расчелся с ним он;

Скоро отдаст он иной, и последний, отчет;
Сам он поедет на этом коне через год».
Так отвечав, за другими последовал он.
«Горе мне!- в страхе сказал щитоносцу Роллон.-

Слушай, тебе я коня моего отдаю;
С ним и всю сбрую возьми боевую мою:
Ими отныне, мой верный товарищ, владей;
Только молись о душе осужденной моей».

В ближний пришед монастырь, он приору сказал:
«Страшный я грешник, но бог мне покаяться дал.
Ангельский чин я еще недостоин носить;
Служкой простым я желаю в обители быть».

«Вижу, ты в шпорах, конечно, бывал ездоком;
Будь же у нас на конюшне, ходи за конем».
Служит Роллон на конюшне, а время идет;
Вот наконец совершился ровнехонько год.

Вот наступил уж и вечер последнего дня;
Вдруг привели в монастырь молодого коня:
Статен, красив, но еще не объезжен был он.
Взять дикаря за узду подступает Роллон.

Взвизгнул, вскочив на дыбы, разъярившийся конь;
Грива горой, из ноздрей, как из печи, огонь;
В сердце Роллона ударил копытами он;
Умер, и разу вздохнуть не успевши, Роллон.

Вырвавшись, конь убежал, и его не нашли.
К ночи, как должно, Роллона отцы погребли.
В полночь к могиле ужасный ездок прискакал;
Черного, злого коня за узду он держал;

Пара перчаток висела на черном седле.
Жалобно охнув, Роллон повернулся в земле;
Вышел из гроба, со вздохом перчатки надел,
Сел на коня, и как вихорь с ним конь улетел.

БАЛЛАДА О РЫЦАРЯХ


В этой древней стране, где покой, тишина
Мхом осела на камнях, травой проросла —
Всё казалось ушло,залегло в пласт веков,
Там, где тайны хранились друзей и врагов.
И след крови горяч, и остыть не успел
Свежих ран и рубцов доставалось для тел.
Верой-правдой меч был, а надеждой стрела,
Чтоб настичь, наказать, презирая врага.
Против зла и насилья — оружьем клялись
И до ссадин, до крови — за правду дрались,
И рискуя собой, дам спасали с темниц!
В нас вдохнули года с пожелтевших страниц
И сорвав двери с петель — в мир тревог и надежд,
Где страдают от лжи и смеются от бед,
Пока живы придём, верьте, вас мы не бросим —
Ни о чём, ни пред кем — мы пощады не просим!
Замки предков презрев — крышу небо дало,
Охлаждая тела, пот смывая с него,
У костра отогревшись, съев,что Бог нам послал,
Снова в путь и в погоню — конь, как ветер бежал.
Запах гари болот разъедал нам глаза
И по пулям душа слёз своих не лила,
Лучше б чаша сия стороной обошла!
Много дел, много дел — нам судьба нарекла.
Конь устал под уздцы и судьбу в поводу,
Бесшабашную жизнь не сменив на тоску,
Упаси нас Господь, силу, веру нам дай!
Мы устали от битв, чтобы дать людям рай!
И в кольчуги тела снова мы заточив,
Стрелы,копья — сломав и мечи,затупив,
До последних дыханий и спазм мы дрались
За добро, за других — но врагу не сдались.
В этой древней стране, где покой, тишина
Мхом осела на камнях, травой проросла —
Всё казалось ушло, залегло в пласт веков,
Там, где тайны хранились друзей и врагов.
Свидетельство авторских прав
о публикации №11112039352

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх